Files
mtusi2026lab3/KNOWN_ISSUES.md
T
ricoromaandClaude Opus 5.5 2514ff177d docs: address profile-resources verify findings
Report the failover ranges strictly over phases 1-5 with phase 06
apart, add per-window memory peaks to the failover table, describe
which intervals the window maximum covers, and note the per-second
rows and per-request zeros of the taken labels fixed in f34cb9a.
Record the design findings, the raw logs ignored by git as a known
issue, and the checks after the fixes.

Co-Authored-By: Claude Opus 5.5 <noreply@anthropic.com>
2026-10-12 19:26:18 +03:00

9.7 KiB
Raw Blame History

Известные дефекты

Найдены попутно, не исправлены без отдельной просьбы (AGENTS.md). Исправленные удаляются отсюда, история — в git.

Исключения сверки покрытия ссылаются на evidence лабы 2

  • Где: student-tests/spec_coverage.py, EXCLUDED: сценарии chat-cache «Чтение из кэша», «Срок записи», «Временная база» (evidence/cache/hits.md), sessions «Токена нет в хранилище» и users «Хэш в БД» (evidence/auth/passwords-and-tokens.md).
  • Что не так: evidence/ перенесён в лабу 3 без содержимого лабы 2 (AGENTS.md, карта кода), этих файлов в репозитории нет. Исключение называет способ проверки, но доказательства по ссылке нет.
  • Найдено: change replicas-lb (2026-10-10). Ссылки двух сценариев рестарта (evidence/storage/test-persistence.md) этот change перевёл на свой evidence/replicas/test-persistence.md.
  • Предложение: снять те же проверки на стенде лабы 3 (valkey-cli для ключей и TTL кэша, psql для хэшей паролей и токенов) в evidence/cache/ и evidence/auth/, либо сослаться на файлы репозитория лабы 2 с commit. Тест test_coverage.py существование файлов не проверяет.

SIGTERM во время старта реплики теряется

  • Где: Dockerfile (CMD ["python", "-m", "src"], процесс — PID 1), src/main.py (uvicorn.run).
  • Что не так: у PID 1 ядро не доставляет сигнал без обработчика, а обработчики SIGTERM uvicorn ставит только на старте сервера, после импорта приложения и до lifespan. docker stop реплики, которая ещё стартует (первые ~1–2 с), теряет SIGTERM: Docker ждёт stop_grace_period 10 с и шлёт SIGKILL. Тем временем реплика успевает стать готовой и получать запросы через LB, а SIGKILL обрывает их. Найдено в apply change rolling-update (2026-10-11): неготовую новую реплику скрипт останавливал 10 с, и она 9 с была UP в LB.
  • Обход в scripts/rolling-update.sh: неготовая новая реплика убирается docker rm -f после maint её слота (design change rolling-update, Risks). Штатные остановки (stop-one.sh, замена старой реплики) касаются уже запущенного процесса и не затронуты.
  • Предложение: ранний обработчик SIGTERM в src/__main__.py до импорта приложения (выставить флаг, который uvicorn проверит после старта), либо init: true в compose (tini как PID 1 пересылает сигнал, а у Python без обработчика SIGTERM завершает процесс). Второе расходится с docker.md («сервер — PID 1»), поэтому решать отдельным change.

Профиль failover берёт события Docker из буфера демона

  • Где: bench/run.py, Bench.run_phase — stand.events(target_id, started - 5, ended + 1) (docker events --since … --until … после фазы).
  • Что не так: демон Docker хранит только последние 256 событий всех контейнеров. Каждый docker exec даёт три события (exec_create, exec_start, exec_die). Профиль rollout, который много раз обращается к LB через docker exec, в первой самопроверке потерял события миграции и старых реплик (change rolling-update, design, решение 8). У фазы failover вызовов docker exec в окне мало, и все прогоны до сих пор находили события. Но запас не измерен, и рост опроса (например, healthcheck реплик в профиле) может его съесть: тогда фаза падает с «docker events … not found».
  • Предложение: как в профиле rollout — поток docker events с фильтром контейнера или проекта, запущенный до фазы (Stand.project_events).

fill-connections роняет PostgreSQL стенда отказов в crash recovery

  • Где: student-tests/fault_hook.py, FILL_SH и CLEAR_FILL_SH (действия fill-connections / clear-connections теста test_connection_limit_reached).
  • Что не так: FILL_SH запускается docker compose exec -d и отвязывает psql … &. После kill цикла и обрыва сессий эти процессы становятся сиротами, их наследует PID 1 контейнера — postmaster. Он считает их своими «untracked child process», и выход с ненулевым кодом (psql получил FATAL) для него — авария: «all server processes terminated; reinitializing», recovery и сброс статистики pg_stat_database. Журнал PostgreSQL стенда отказов, 2026-10-11: untracked child process (PID 79) exited with exit code 2 сразу после clear-connections. Тесты проходят: к следующему тесту база уже поднята, а пулы API переподключаются. Но каждый прогон make failure_checks перезапускает PostgreSQL посреди набора, и следующий тест видит пустую статистику и только что поднятую базу.
  • Найдено: change scaling-improvement (2026-10-11), разбор шума теста test_pool_keeps_connections (журнал с log_connections).
  • Предложение: запускать заполнение под отдельным init — init: true у postgres в student-tests/failures.compose.yml (tini реапит сирот сам), либо держать psql детьми долгоживущего sh (wait в конце FILL_SH, CLEAR_FILL_SH убивает группу процессов).

Паспорт метки без swapouts_delta, когда счётчик выгрузок равен 0

  • Где: bench/run.py, конец main() — условие if state.get("swapouts") is not None and end_state.get("swapouts"):.
  • Что не так: при Swapouts 0 в конце прогона (хост после перезагрузки) второе условие ложно, и host_state.swapouts_delta в meta.json не пишется, хотя start и end (0 и 0) записаны. Так у меток scaling-db-aa2, scaling-db-before2, scaling-db-nooverflow2. Предупреждение о выгрузке (swap_warning) и проверка в bench/compare.py работают верно: страдает только поле паспорта.
  • Найдено: verify change scaling-improvement (2026-10-11, S5).
  • Предложение: end_state.get("swapouts") is not None. Правка меняет код стенда bench/: делать её между сериями, а не посреди «до/после».

Журналы raw/*.log меток не попадают в git

  • Где: .gitignore, строка *.log; каталоги evidence/failover/<метка>/raw/ (<фаза>-lb.log), evidence/rollout/<метка>/raw/ (rollout-lb.log, rollout-script.log) и evidence/bench/scaling-*/raw/ (…-errors.log).
  • Что не так: run.py пишет журналы LB, строки скрипта замены и журналы 5xx в каталог метки, но *.log их игнорирует: в git из raw/ только .json (git ls-files evidence | grep 'raw/.*\.log$' — пусто). При этом REPORT.md («Эксперименты и отказы»), AGENTS.md (карта кода) и .claude/rules/bench.md (файлы меток) говорят, что журналы лежат рядом со сводками. В чистом clone их нет; числа из них уже перенесены в phases.csv, rollout.csv, replicas.csv и сводки. Так у меток baseline и resources обоих профилей и у серий трека 1; было до change profile-resources.
  • Найдено: verify change profile-resources (2026-10-12, S10).
  • Предложение: после проверки журналов на секреты (grep -E "Bearer|PASSWORD|/Users/") добавить в .gitignore исключение !evidence/**/raw/*.log и закоммитить журналы существующих меток; либо оставить их локальными и сказать в REPORT.md и bench.md, что журналы в git не идут.