14 KiB
Модель угроз — мессенджер lab7
Активы и акторы
Активы:
- пароли пользователей (в БД — только Argon2id-hash) и сессии (Bearer-токены; в Redis — SHA-256 токена);
- сообщения, вложения и их метаданные (PostgreSQL, приватный bucket MinIO);
- service identities: leaf-сертификаты и ключи сервисов, учётки БД/S3/Redis в OpenBao;
- корень доверия: ключи CA (
ca,tca), root token и доли unseal OpenBao; - telemetry: метрики/логи/трассы (не должны содержать паролей, токенов, тел сообщений).
Акторы:
- участник чата — легитимный пользователь своего чата;
- посторонний пользователь — аутентифицирован, но не участник;
- внешний клиент без учётной записи — доступ только к
https://localhost:8443; - скомпрометированный сервис (worker, relay, API) — атакующий получил его сертификат/ключ и всё, что процесс может получить сам (трек 1);
- процесс в той же docker-сети без валидной identity (например, контейнер с уязвимостью);
- оператор — владелец CA, root token и долей unseal.
Границы учебного стенда: один Docker-хост (его компрометация = компрометация всего), один узел каждого хранилища; хост оператора считается доверенным; внешний CA не используется (CA стенда распространяется клиентам как файл).
Границы доверия
Схема и все связи — contracts/trust-matrix.md. Публичный интерфейс — только HAProxy 127.0.0.1:8443 (TLS). Административные интерфейсы — OpenBao 127.0.0.1:8200 и Grafana 127.0.0.1:3000 (HTTPS) на хосте. Сети: front (LB ↔ API), back (сервисы ↔ хранилища, OpenBao), telemetry (Collector, backend-ы, Grafana). Секреты выдаются: оператор → PKI-файлы и операторские секреты (compose secrets); сервис → OpenBao по сертификату → свои credentials.
| Угроза и конкретный путь | Нарушаемый инвариант | Контроль | Отрицательный тест | Остаточное ограничение |
|---|---|---|---|---|
T1. Процесс в сети front/back обращается к API-реплике напрямую, минуя LB (подделка X-Forwarded-For, обход лимита входа) |
Бизнес-API доступен только через LB | mTLS на API: обязательный клиентский сертификат CA стенда + allowlist identity lb; порт API не опубликован |
security_ops.py mtls: без сертификата, чужой CA, identity attacker, identity worker → отказ рукопожатия; lb → 200 |
Компрометация самого LB даёт его identity; митигация — ротация lb + отзыв serial |
| T2. Перехват/подмена трафика к хранилищам в общей docker-сети (sniffing паролей БД, данных S3) | Конфиденциальность и целостность данных в пути | TLS на всех связях с проверкой сервера (verify-full, CA стенда); plaintext-порты выключены (Redis port 0, RabbitMQ listeners.tcp none, pg_hba hostnossl reject) |
security_ops.py mtls: TLS с проверкой — да, plaintext (PING, HTTP, sslmode=disable) — нет ответа/отказ |
Метрики Collector о себе (:8888) — plaintext внутри сети telemetry (без данных приложений) |
| T3. Скомпрометированный worker читает hash паролей, сообщения, чужие файлы, публикует поддельные job, чистит очередь | Least privilege: worker делает только обработку вложений | Роль БД app_worker (нет users/messages/chats, UPDATE по столбцам), ключ S3 только s/ (GET), v/,o/ (PUT); RabbitMQ: только read attachment.process; OpenBao policy — только свой путь |
compromise.py: матрица «до/после» least privilege |
Worker по природе читает исходные изображения (s/) и пишет варианты — их подмена возможна до ротации identity. Право read на attachment.process в RabbitMQ разрешает и queue.purge (как и consume+ack без обработки) — отнять его нельзя, не сломав worker; потерянные сообщения не теряют работу: job остаётся queued в PostgreSQL, рост возраста старейшей queued-работы поднимает алерт lab6. Автоматического переиздания потерянных сообщений нет — восстановление ручное (новая запись outbox для таких работ), это остаточный риск. Зонд purge не выполняет (разрушил бы очередь стенда) |
| T4. Украденный сертификат/секреты сервиса используются после обнаружения | Отозванная identity ничего не даёт | Отзыв токенов OpenBao, смена CN роли (worker-g1 → g2), удаление пользователя RabbitMQ (соединения закрываются), ротация пароля БД и ключа S3, pg_terminate_backend; для lb — список отозванных serial |
compromise.py (после реакции: OpenBao/AMQP/БД/S3 → отказ), security_ops.py rotation (старый lb → отказ) |
Нет CRL/OCSP у RabbitMQ/Collector: украденный сертификат телеметрии работает до истечения (30 дней) — только ingest метрик/логов |
| T5. Перебор паролей / дорогой login DoS (Argon2id 19 MiB × N параллельных входов исчерпывает RAM/CPU API) | Доступность API, стойкость паролей | Общий для реплик лимит входа (Redis) до вычисления hash → 429 + Retry-After; не более ARGON2_MAX_CONCURRENT вычислений на реплику (память ≤ слоты × 19 MiB), сверх — 503 через 2 s; одинаковое время для несуществующего пользователя |
security_ops.py acl (11-я попытка → 429, верный пароль тоже 429 до конца окна), argon2 (всплеск 120 входов: коды, пик памяти) |
Лимит по IP обходится распределённым источником; на пределе слотов легитимные входы получают 503 |
T6. Посторонний пользователь читает чужой чат/вложение или прикрепляет чужой файл; подмена identity заголовком X-User-Id |
Доступ только участникам чата | Проверка членства в сервисе; 404 вместо 403; identity только из Bearer-сессии | security_ops.py acl: metadata/content/attach → 404, X-User-Id игнорируется |
— |
| T7. Утечка паролей, токенов, тел сообщений в логи/трассы/метрики | Telemetry без секретов | Логи — только шаблон маршрута и коды; атрибуты span без тел и заголовков; attributes/scrub в Collector; токены в Redis — hash |
security_ops.py leaks (Loki, Tempo, stdout: 0 вхождений), lab6 signals |
Ошибка будущего кода логирования; Collector-scrub — только известные ключи |
| T8. Получение секретов приложением или атакующим в обход политики OpenBao (чтение чужого пути, запись policy, root token в окружении) | Сервис видит только свои credentials | Policy только read secret/data/messenger/<сервис>; cert-роль привязана к CN; root token/доли unseal не монтируются в приложения |
security_ops.py openbao: чужие пути, запись, list, sys/policy, token create, seal → 403; сертификат worker на роль api → отказ; в env/secrets приложений нет токенов |
Root token хранится у оператора в файле на хосте стенда (учебное упрощение) |
| T9. Повышение привилегий из контейнера (privileged, capabilities, docker.sock, запись в образ) | Изоляция процессов | non-root (uid 1001), read_only, cap_drop: ALL, no-new-privileges, лимиты CPU/RAM/PIDs; docker.sock не монтируется; host network нет |
security_ops.py hardening (docker inspect всех контейнеров; в образе приложения нет ключей, исходников, secprobe) |
Stateful-сервисы (postgres, redis, rabbitmq, openbao) стартуют root-entrypoint с минимальным набором capabilities для chown/su-exec |
| T10. Подмена/повтор внешнего TLS (чужой сертификат, downgrade) | Клиент говорит с настоящим LB | Сертификат от CA стенда, проверка имени; TLS ≥ 1.2 | tests/security.py, security_ops.py tls-external (пустой/чужой trust store, чужое имя, TLS 1.1 → ошибка проверки) |
CA стенда не публичный: клиент должен получить ca.crt по доверенному каналу |
Lifecycle и инциденты
Bootstrap (python3 scripts/bootstrap.py all, оператор): операторские секреты (init-secrets.sh) → PKI (pki.sh init) → OpenBao: operator init (3 доли, порог 2; root token и доли — secrets/operator/bao-init.json, 600) → unseal → kv-v2, auth/cert, audit, policies, роли → генерация credentials сервисов прямо в KV → применение в backend-ах (ALTER ROLE, пользователи MinIO, ACL Redis с SHA-256, пользователи RabbitMQ без паролей) → запуск. Повторный запуск идемпотентен и ничего не перегенерирует.
Владелец CA и unseal: оператор стенда. В эксплуатации доли unseal раздаются разным людям, root token отзывается после настройки и восстанавливается через generate-root; на учебном стенде они лежат в одном файле оператора — допущение, явно отмеченное в отчёте. CA key не попадает ни в один контейнер.
Expiry/renewal: токен сервиса — 15 мин, renew-self до 1 ч, затем повторный login сертификатом (проверено с TTL 20 s / max 45 s). Leaf — 30 дней; перевыпуск pki.sh rotate без пересборки образов: Go-сервисы перечитывают сертификат при изменении файла, HAProxy — reload (USR2), PostgreSQL — pg_reload_conf(), RabbitMQ/MinIO — перезапуск контейнера.
Revoke/rotation: пароль БД / ключ S3 сервиса — bootstrap.py rotate-db|rotate-s3 (новая версия KV, сервисы подхватывают за SECRETS_REFRESH = 30 s); токены — revoke-tokens; identity worker — worker-identity gN; сертификат LB/API — pki.sh rotate + revoked.txt.
Компрометация identity (трек 1, student-tests/compromise.py): см. отчёт — порядок действий, время восстановления и сохранность задач.
Sealed OpenBao: работающие процессы продолжают на последней прочитанной версии секретов (проверено: загрузки обрабатываются, API без ошибок); новые процессы ждут unseal (повтор login 30 × 2 s, затем выход и перезапуск Docker). После bootstrap.py unseal всё восстанавливается без вмешательства в приложения.
Сканы: govulncheck (достижимые уязвимости Go-кода) и Trivy (образы) — CI job scan, разбор применимости — REPORT.md.