5.0 KiB
Инфраструктура студента
Здесь разместите конфигурации выбранных сервисов; основную топологию — в корневом compose.yaml/stack.yaml. compose.example.yaml — только worksheet ролей и намеренно не запускается. contracts/infrastructure.json задаёт минимальные роли, не готовые образы/пароли.
В REPORT.md сопоставьте роль → service name → версия/digest → health/readiness → volume → сеть/порт → способ передачи credentials. Приведите bootstrap (schema, bucket, broker topology, а с lab6 provisioning) и безопасное повторение этих команд.
Приложение строится из исходников. Не используйте заранее существующий образ преподавательского сервера вместо своей реализации. Restart hook перезапускает все соответствующие stores с volumes; failover hook останавливает только заданную API-реплику.
Топология lab3
nginx:80 — единственная опубликованная точка входа. Он динамически разрешает
Compose DNS-имя api, балансирует без affinity и пассивно исключает peer на 2
секунды после ошибки. api не публикует порт на host; две реплики получают
общие PostgreSQL и Redis только через сеть backend.
API readiness вызывается Docker каждые 2 секунды и проверяет Spring readiness, соединение с PostgreSQL и наличие таблицы миграции V3. При SIGTERM Docker даёт 5 секунд action-script или 12 секунд обычной остановки; Spring прекращает приём новых запросов и завершает уже принятые в пределах 10 секунд. Nginx имеет connect timeout 500 ms, read/send timeout 4 s, две upstream-попытки и обновляет Docker DNS с TTL 2 s. Максимальное обнаружение зависшего backend — 4 s; максимум двух последовательных timeout-попыток — около 8.5 s.
Flyway разрешён только в one-shot service migrate. У API задано
FLYWAY_ENABLED=false, поэтому запуск нескольких реплик не создаёт гонку
инициализации схемы.
Restart hook поднимает зависимости по фазам и не запускает Nginx, пока обе API-реплики не стали healthy. Это не позволяет Docker DNS объявить прогревающуюся реплику через уже доступную публичную точку входа.
API ограничен 0.75 CPU и 768 MiB на контейнер, Nginx — 0.25 CPU и 128 MiB.
Порт публикует только Nginx. PostgreSQL и Redis имеют собственные volumes;
API и Nginx постоянных volumes не имеют. container_name не используется,
поэтому один Compose-service api масштабируется параметром --scale.
V3 — additive-миграция: она создаёт новую таблицу и индекс, не изменяя таблицы lab2. Поэтому старая версия может продолжать работать во время поочерёдной замены, но новая версия не станет ready до применения V3. Автоматический downgrade схемы не реализован; rollback приложения оставляет неиспользуемую таблицу V3.
Swarm node-failover topology
swarm/stack.state.yaml и swarm/stack.app.yaml описывают дополнительный
трёхузловой стенд. API имеет две задачи, max_replicas_per_node=1 и доступный
третий узел для переноса. Nginx использует tasks.hla-app_api через overlay DNS.
State и LB намеренно закреплены на единственном manager, чтобы граница опыта была явной. Защищаемая зависимость — процесс API на worker: при потере worker Swarm переносит задачу, а сессии/сообщения остаются в PostgreSQL на живом manager. PostgreSQL не реплицирован, его volume локален; потеря DB/manager не переживается. Также остаются SPOF: Nginx, manager quorum, локальные volumes, Docker underlay и физический host, на котором запущена учебная DinD-модель.